Сделать стартовой • Добавить в избранное

Естественное нравоучение. Об обязанностях к ближнему

Читаем вместе
«Естественное нравоучение. Об обязанностях к ближнему»

Печатать позволяется, с тем, чтобы по отпечатании представлено было в Ценсурный Комитет узаконенное число экземпляров. Санкт-Петербург, 27-го июля 1835 года. Ценсор А. Никитенко.

Внимательно прочитайте книгу. Вы удивитесь, как много параллелей можно провести с современностью, Вы оцените логику и последовательность написания этого нравоучения, Вам будет интересно с первой и до последней главы. Возможно, Вы сделаете для себя определенные выводы.

Какая должна быть истинная любовь к людам

Отсюда ясно, что истинная любовь к людям должна быть

1) Исполненным уважения доброжелательством. Та же самая заповедь, которая велит мне стремиться к моему облагорожению и счастью, предписана также и другим. Каждый человек обязан свободным мышлением, желанием и действиями, повинуясь Богу и законам Его Царствия, осуществить в своей жизни высочайшее благо. Следовательно мое доброжелательство к ближнему должно быть совершенно равно доброжелательству к самому себе; оно должно простираться на все его бытие; я не должен оказывать ему благодеяний, благоприятных для его тела, но вредных для его духа и добродетели; я не должен сулить ему материальных выгод, требуя под залог его свободу, права и добродетель; я не могу назвать себя благодетелем, если я покровительствую другому, и вместе с тем совращаю его с истинного пути, развращаю своим обхождением и худым примером. Любовь к людям не может назваться чистою и благородною, если она не основана на строгой справедливости к нам самим и к другим. Посему-то она должна быть

2) Непосредственным доброжелательством к другим, но таким доброжелательством, в котором бы самолюбие совершенно подчинялось любви к другим. Мы всегда сами взращиваем лучшие и прекраснейшие плоды, происходящие от добродетели: посему и любовь к ближнему, соединенная с самоотвержением, должна когда-нибудь сделаться для нас плодотворною и спасительною. Но совершенно несправедливо поступает вельможа, когда он устраняет людей достойных от приличных им мест, и возвышает своих любимцев, потому только, что они находятся под его покровительством; да и в отношении к любимцам его, это благодеяние не есть действие любви к ближнему, ибо здесь является только старание показать всю важность и силу своего покровительства, и следовательно, благодетельствующий собственно стремится только к удовлетворенно своего честолюбия. Это же самое можно заметить в большей части наших поступков, носящих на себе признак доброжелательства и любви к человечеству; мы бываем благодетельными из честолюбия, услужливыми из своекорыстия, и проливаем горькие слезы над умирающим другом, потому только, что он напоминает нам о собственной нашей смерти. Это действие нельзя назвать добродетелью; это блестящие грехи, ибо они только блестят доброжелательством к другим, а на самом деле происходят от нашего самолюбия. Самолюбие никогда не должно быть выше любви к ближнему; мы должны забывать себя для блага других, и в этом состоит существенный признак истинной любви к другим.

3) Наконец доброжелательство к другим должно быть соединено с чистотою намерений и усердною деятельностью.

Намерение наше бывает чистым:

а) Когда доброжелательство бескорыстно и всеобще. Бескорыстие требует, чтоб наше самолюбие подчинялось любви к другим, чтоб наше доброжелательство к ним было свободно от всякого эгоизма. Всеобщность доброжелательства относится к лицам, коим мы желаем добра, и к предметами, посредством коих мы хотим оказать другому благодеяние. По отношению к лицам, чувство благорасположения должно простираться на всех людей, без различия их состояния, религии или отечества; оно должно простираться даже на врагов наших.

Наше сердце довольно обширно для того, чтобы вместить доброжелательство ко всему роду человеческому; даже грешники и порочные имеют право на нашу помощь и призрение: малейшее исключение из сего правила, происходящее от предрассудка, достаточно для того, чтобы уменьшить достоинство нашей любви к другим, и малейшее исключение, имеющее источником злобу или мщение, лишает эту любовь всякого достоинства. Предмет, или материя, которую употребляет доброжелательство в своих благодеяниях, состоит не в одних только внешних благах, удовлетворяющих телесным нуждам страдальца; ибо этими благами часто жертвуют также мытари и блудницы. Напротив, чистое доброжелательство простирается на все блага жизни, как на духовные, так и на телесные: Облагорожение людей посредством мудрого наставления должно считать выше услужливости, услужливость выше кротости и щедрости, а великодушное защищение права и невинности, выше всех наименованных нами добродетелей. Посему чистая любовь к человечеству есть добродетель, которую может исполнять весь род человеческий; бедный и богатый, простой и знатный — все имеют сколько-нибудь сил, талантов и других средств, с помощью коих они могут найти случай порадовать других, если только имеют доброжелательное сердце.

Но наши человеколюбивые намерения должны быть так живы, чтобы

b) Превращались в полезную деятельность, где это бывает нужно. Любить весь мир и не обнаруживать любви своей в поступках, не составляет еще заслуги; ибо это можно делать без малейшего насилия нашим склонностям и безо всякого пожертвования со стороны нашего эгоизма. Итак, при тесной связи разума и воли, главное состоит в том, чтобы наше доброжелательство и тогда осталось в нас господствующим, когда кто-нибудь нуждается в нашей помощи и требует, чтобы мы оказали нашу любовь в поступках. Только тот может назваться истинным другом человечества, кто всегда помогает в настоящей нужде. Но какую нужду должно считать настоящею, необходимо обязывающею нас к вспомоществованию? Трапписты, оказывающие столько любви и участия к человечеству вне своего ордена, положили себе законом никого из своих собратий не любишь более других и ко всем оказывать равную любовь. Кто от своего собрата будет предпочтен другим, или узнает особенную склонность к себе, или дружбу: тот обязан торжественно жаловаться на это, и оказавший ему предпочтение должен подвергнуться определенному церковному наказанию (Memories de Mad. de Genlis. Paris, 1825. t. III, р. 225). Это монастырское правило имело основанием своим строгую дисциплину; оно не только может подвергнуть невинного наказанию, но даже делает невозможным обнаружение любви к ближним; ибо многие из наших ближних не одинаковую имеют нужду и неравно достойны нашей помощи, и друг человечества, при равном доброжелательстве ко всем, никогда не может выйти из филантропического своего равновесия и следовательно никогда не решится обнаруживать свою любовь в поступках.

Настоящая, обязывающая нас к заступлению нужда других есть та, которая ближайшим образом касается круга моей деятельности; которую я могу устранить своим наставлением, утешением, вспомоществованием и снисходительностью; такая нужда, за которую будет упрекать меня совесть, если я не буду стараться об устранении оной. Провидение каждому доставляет случай к обнаружению любви к ближнему, точно так, как оно назначает каждому нравственный урочный труд. Сообразность братской любви к ближним с нашими обязанностями, можно легко вывести из рассуждений о высшем благе и стечении противоположных обязанностей.

 

<< Предыдущая страница

Оглавление

Следующая страница >>

 

Подпишитесь на нашу бесплатную рассылку: Как решать личные проблемы в бизнесе и вне работы

 

Подпишитесь на нашу бесплатную рассылку: Лучший бизнес - Умный бизнес - Успешный бизнес

 

Посмотрите!

Обязательно посмотрите сюжеты всех рубрик нашего сайта "Favourites" (искусство, бизнес, психология). Вы наверняка найдете много интересного для себя.


Коментарий
Анти-робот тест: Сколько получится: 6 + 4 =
Подпись



Смотрите также
За время руководства маркетингом эксперт-практик Игорь Козуля поставил исследовательско-аналитическую работу, проведел более 300 маркетинговых исследований, организовал и обеспечил успешное участие более чем в 300 выставках/конференциях/форумах.

Прибыль и дополнительная прибыль от Игоря Козули


Зачатки новой моды начала 80-х, на которую особенно повлиял новый пик направления мейнстрим (Mainstream), явно проявились в тринадцатом альбоме группы Deep Purple «Slaves and Masters» (1990 года).

Deep Purple «Slaves and Masters» — 1990


Через месяц после выпуска известного сингла «Be Quick or Be Dead» (1992 года) и спустя семнадцать лет с начала творческой деятельности музыканты Iron Maiden  решились на выпуск девятого альбома «Fear of the Dark».

Iron Maiden «Fear of the Dark» — 1992


favourites, рок-музыка Александра де Гиза, маркетинговый конвейер, психологическая помощь, гитарист-виртуоз, иванов маркетинг, подростковый возраст, картины Вячеслава Степанова, Плехановская академия,

О проекте

Об авторе

Стратегия бизнеса

Лица сайта

Библиотека

Обратная связь

Подписка на новости

Карта сайта

Новости по темам

День позитива. Как это было.

Смотрите видеозарисовку о прошедшей акции «Путь к мечте», снятый нашими операторами.
Смотрите видеозарисовку о прошедшей акции «Путь к мечте», снятый нашими операторами.

«Путь к мечте» — это первый в истории человечества Международный день позитива

Первый в истории человечества Международный день позитива позади. Но энергии и радости — на целый год!
Первый в истории человечества Международный день позитива позади. Но энергии и радости — на целый год!

Deep Purple «Slaves and Masters» — 1990

Зачатки новой моды начала 80-х, на которую особенно повлиял новый пик направления мейнстрим (Mainstream), явно проявились в тринадцатом альбоме группы Deep Purple «Slaves and Masters» (1990 года).
Зачатки новой моды начала 80-х, на которую особенно повлиял новый пик направления мейнстрим (Mainstream), явно проявились в тринадцатом альбоме группы Deep Purple «Slaves and Masters» (1990 года).
© Сергей Савинков, 2009-2015
Rambler's Top100